«Развод прекращает супружество, но не прекращает родительство»: юрист Анна Фролова — о родительском киднеппинге
Раздел имущества при разводе — вопрос решаемый: деньги можно взыскать, недвижимость поделить. Но есть конфликты, последствия которых остаются с ребёнком на годы — и родительский киднеппинг как раз из их числа. Речь не обязательно о драматичном похищении: чаще это удержание ребёнка, препятствование общению с другим родителем или использование места проживания как рычага давления.
Проблема редко начинается с резкого отъезда. Её истоки — в будничных, но разрушительных действиях: отменённых встречах, уклончивых ответах на вопрос, где сейчас ребёнок, попытках настроить его против второго родителя. Фразы вроде «Папа нас бросил» или «Мама сама не хочет тебя видеть» незаметно подталкивают ребёнка к невыносимому выбору: кому из родителей он имеет право дарить свою любовь.
Точка невозврата: когда конфликт становится важнее ребёнка
Самый опасный рубеж наступает тогда, когда родитель перестаёт думать о благе ребёнка и переключается на желание победить бывшего супруга. Анна Фролова объясняет: «Самая опасная точка в развитии спора наступает тогда, когда взрослый перестаёт задавать вопрос «Что лучше для моего ребёнка?» — и начинает задавать другой: «Как мне победить второго родителя?» С этого момента интересы ребёнка подменяются интересами конфликта, и именно отсюда растут самые тяжёлые, самые затяжные и самые разрушительные дела».
Отмененные встречи и уклончивые ответы часто становятся первыми шагами к родительскому киднеппингу. Юрист по семейным делам Анна Фролова помогает защитить интересы ребенка и восстановить порядок общения.
Почему нельзя делить родителей на «жертву» и «агрессора»
В своей практике Анна представляет интересы и отцов, и матерей — и категорически не согласна с тем, чтобы заранее распределять роли по гендерному признаку: «Я видела отцов, которые годами добивались нормального общения со своими детьми. Видела матерей, которым приходилось защищать детей и доказывать своё право продолжать жить рядом с ними. Пол родителя сам по себе не делает его ни правым, ни виноватым. Есть интересы конкретного ребёнка и действия конкретных взрослых — и именно это должно разбираться в каждом случае».
Слова, которые ранят сильнее всего
Фраза «Ты больше никогда не увидишь ребёнка» — одна из самых травмирующих в период расставания. Она страшна не только своим звучанием, но и тем, что за ней стоит: попытка превратить ребёнка в средство наказания того, кого ещё недавно любили. «Ребёнок не является собственностью матери. Ребёнок не является собственностью отца. И он точно не должен становиться способом наказать человека, которого вчера любили», — подчёркивает юрист Фролова. Развод прекращает супружеские отношения, но не отменяет родительство. Эту границу взрослым порой приходится заново проводить уже в зале суда — когда договориться самостоятельно они уже не смогли. «Развод прекращает супружество, но он не прекращает родительство. Именно эту границу взрослым иногда приходится напоминать уже в зале суда — когда договориться самостоятельно они уже не смогли», — резюмирует Анна Фролова.
Удержание ребенка и похищение ребенка — это серьезные формы родительского киднеппинга. Юрист по семейным делам Анна Фролова защищает интересы ребенка, права отцов и матерей, помогая наладить порядок общения и родительство после развода. В судебном споре о ребенке она опирается на право, а не на предубеждения, и добивается справедливого решения.
Об эксперте
Образование: Тверской государственный университет (юриспруденция), Московская государственная юридическая академия имени Кутафина (Институт прокуратуры). В 2017–2018 годах работала в аппарате Басманного районного суда Москвы, с весны 2018 года ведёт частную практику.
